Как экономический рост укрепил позиции Казахстана в Центральной Азии рассказали аналитики Berlin Today
Обычным будним утром в Казахстане семья может выйти из квартиры, построенной всего несколько лет назад, отвезти ребёнка в недавно открывшуюся школу и отправиться на работу на автомобиле, собранном внутри страны. Один из родителей может работать в крупной компании, а другой — вести небольшой бизнес, продавая товары через цифровые маркетплейсы, принимая безналичные платежи и взаимодействуя с государственными органами онлайн.
По отдельности ни один из этих фактов не выглядит чем-то примечательным. Однако вместе они показывают, насколько Казахстан изменился за последние несколько лет. Страна вступила в этот период в 2019 году, располагая значительными природными ресурсами, относительно развитой финансовой системой и десятилетиями опыта привлечения международных инвестиций. Но перед ней стоял более сложный вопрос: сможет ли Казахстан превратить эти преимущества в более широкое повышение уровня жизни, одновременно готовя экономику к будущему, менее зависимому от нефти и других сырьевых товаров?
Результаты последних семи лет свидетельствуют о том, что этот переход уже идёт. Казахстану пришлось преодолевать последствия глобальной пандемии, перебои в цепочках поставок и всё более фрагментированную геополитическую среду. Тем не менее страна, вышедшая из этих испытаний, стала экономически крупнее, более предпринимательской и более связанной с внешним миром, чем в 2019 году.
Рост, измеряемый через благосостояние людей
ВВП Казахстана на душу населения за семь лет вырос более чем на 50%. Это отражает рост экономики, продолжавшей расширяться несмотря на последовательные внешние потрясения, а также увеличение численности населения — более чем до 20 миллионов человек. Это также ставит Казахстан в особое положение внутри Центральной Азии. Согласно данным Всемирного банка за 2025 год, ВВП на душу населения в стране составлял около 14 700 долларов, тогда как в Узбекистане — примерно 4 000 долларов, а в Кыргызской Республике — около 3 100 долларов.
Однако один лишь показатель дохода на душу населения не объясняет, как функционирует экономика. Более показательные изменения заметны в растущей роли частного предпринимательства. В Казахстане в малом и среднем бизнесе были заняты около 4,5 миллиона человек — на 31,6% больше, чем семь лет назад. Число зарегистрированных субъектов МСБ выросло ещё быстрее — на 47,5%, достигнув 2,3 миллиона к концу 2025 года. На практике это означает, что сегодня более одного из пяти жителей Казахстана связан с этим сектором.
Это важно, поскольку Казахстан давно сталкивается с проблемой, характерной для многих богатых ресурсами экономик: государство и несколько крупных компаний традиционно занимают доминирующие позиции. Расширение малого бизнеса не означает, что эта структурная проблема исчезла. Но оно показывает, что наряду с традиционными отраслями страны формируется более широкая предпринимательская экономика.
При Президенте Касым-Жомарте Токаеве этот сдвиг стал частью более масштабной попытки сделать экономические возможности менее концентрированными. Его политический посыл о «Справедливом Казахстане» часто рассматривается через призму институциональных и социальных реформ. Однако его экономическое значение не менее существенно: устойчивым рост может быть только тогда, когда в нём могут участвовать больше людей. Новые предприятия, промышленные проекты, строительство и государственные услуги — всё это способствовало формированию рынка труда, которому необходимо обеспечивать занятость молодого и всё более урбанизированного населения.
Когда экономический рост становится видимым
Экономические показатели наиболее убедительны тогда, когда обретают материальную форму. В Казахстане значительная часть преобразований последних лет видна вФ жилых домах, школах, медицинских учреждениях и заводах. В период с 2019 по 2025 год в стране было введено в эксплуатацию 118,3 миллиона квадратных метров жилья. Эти масштабы отражают как растущий спрос, так и демографические реалии Казахстана. Население страны увеличивается, города привлекают новых жителей, а молодым семьям нужны жильё и инфраструктура.
Именно поэтому строительство 761 школы и 345 детских садов — это не просто набор статистических показателей. Новые школы отвечают на такие вызовы, как переполненные классы, миграция в крупные городские центры и появление нового поколения казахстанцев. Их значение заключается не только в самих зданиях, но и в том, позволяет ли быстрый экономический и демографический рост обеспечить детям лучшие условия.
Схожим образом расширяется и система здравоохранения. Только за три года — с 2023 по 2025 год — в стране было построено 813 медицинских объектов, из которых 655 являются учреждениями первичной медицинской помощи в сельской местности. За тот же период ожидаемая продолжительность жизни увеличилась на 2,79 года и достигла 75,97 года.
Ни одна отдельная политика или строительная программа не может полностью объяснить такое изменение. Продолжительность жизни зависит от доходов, образа жизни, доступности медицинской помощи, состояния окружающей среды и демографических факторов. Тем не менее направление изменений имеет значение. Один из наиболее очевидных критериев национального развития — не просто то, производит ли экономика больше, а то, живут ли люди дольше и здоровее.
Президентство Токаева совпало с этим изменением акцентов. Его администрации пришлось реагировать на общество, которое стало моложе, более связанным с внешним миром и более требовательным, чем десять лет назад. Стабильность по-прежнему ценится, но всё чаще оценивается по тому, что именно она приносит людям.
От импорта товаров к их производству
Экономическую модель Казахстана невозможно преобразовать только за счёт социальных расходов. Стране также необходимо производить больше того, что она потребляет, и создавать рабочие места за пределами добывающих отраслей.
Автомобильная промышленность даёт наглядный пример. За последние семь лет Казахстан произвёл около 800 тысяч автомобилей. Автомобиль, собранный внутри страны, — это больше, чем просто потребительский товар. Его производство поддерживает поставщиков, логистические компании, инженеров, технических специалистов и квалифицированных рабочих. Оно также свидетельствует о постепенном формировании промышленных компетенций, которые прежде в значительной степени отсутствовали.
Аналогичный процесс наблюдается и в более широком спектре отраслей. По данным правительства Казахстана, только в специальных экономических и индустриальных зонах к концу 2025 года было реализовано 860 проектов, создавших более 57 200 рабочих мест. Кроме того, ожидается, что к 2030 году там будет реализовано ещё около 200 новых проектов, которые создадут рабочие места и будут способствовать росту производства. Казахстан также планирует запустить 140 производственных проектов в 2025–2029 годах. Каждый новый завод расширяет производственную базу экономики, которая исторически сильно зависела от экспорта сырья.
Казахстан не отказывается от своих природных преимуществ. Нефть, уран, металлы и сельское хозяйство останутся основой его процветания. Более реалистичная цель заключается в создании вокруг них дополнительных экономических уровней: перерабатывать сырьё внутри страны, производить больше готовой продукции и подключать местных производителей к международным цепочкам поставок.
Именно здесь географическое положение Казахстана начинает приобретать иное значение. На протяжении многих лет статус крупнейшей в мире страны, не имеющей выхода к мировому океану, рассматривался прежде всего как ограничение. Сегодня, когда торговые маршруты через Евразию пересматриваются, Казахстан всё чаще позиционирует себя как связующее звено между Китаем, Европой, Россией, Кавказом и более широким регионом Центральной Азии.
Крупнейшая экономическая платформа региона
Центральная Азия в целом вступила в период обновления. Узбекистан открыл свою экономику и демонстрирует быстрые темпы развития. Кыргызская Республика и Таджикистан также показывают высокие темпы роста, хотя начинают с более низкой базы. Их прогресс выгоден Казахстану: развивающиеся соседние страны означают более крупные рынки, более тесные торговые связи и более влиятельный регион. Однако экономики Центральной Азии пока не обладают таким же уровнем финансовых и институциональных возможностей.
По данным Всемирного банка, номинальный объём экономики Казахстана в 2025 году достиг примерно 306 миллиардов долларов, тогда как экономика Узбекистана составляла около 147 миллиардов долларов, а Кыргызской Республики — 22,6 миллиарда долларов. Более высокий доход на душу населения, накопленный объём инвестиций, более развитый финансовый сектор и международная деловая инфраструктура позволяют Казахстану играть особую роль в регионе.
Масштаб иностранных инвестиций демонстрирует это преимущество. Валовый приток прямых иностранных инвестиций (ПИИ) только в 2025 году достиг 20,5 миллиарда долларов — на 14,4% больше, чем в 2024 году. Казахстанская экономика продолжает привлекать инвестиции. Уже сами эти показатели демонстрируют сохраняющуюся способность страны привлекать международный капитал в условиях исключительной глобальной неопределённости.
Инвесторов привлекают отчасти природные ресурсы, но не только они. Казахстан предлагает крупную экономику, доступ к окружающим рынкам, налаженные связи как с Востоком, так и с Западом, а также финансовые институты, ориентированные на международный бизнес. Такое сочетание трудно быстро воспроизвести в другой стране.
Сегодня Казахстан выполняет роль главной экономической платформы региона — места, где привлекается капитал, производится продукция и компании получают возможность выходить на более широкий рынок Центральной Азии.
Движение в эпоху потрясений
Семь лет — относительно короткий период в развитии государства, но для Казахстана это был необычайно насыщенный событиями отрезок времени. С момента вступления в должность в 2019 году президент Токаев руководил страной в условиях кризисов, которые стали бы испытанием даже для гораздо более устоявшихся политических и экономических систем. Его руководство характеризовалось не столько одним знаковым проектом, сколько попыткой заново выстроить отношения между государством, бизнесом и обществом. Это включало повышенное внимание к социальной инфраструктуре, поддержку предпринимательства, промышленное развитие и усилия по повышению эффективности государственных институтов.
В то же время Казахстан сохранил прагматичную многовекторную внешнюю политику, которая остаётся жизненно важной для страны, расположенной между крупными державами. Поддержание рабочих отношений с Китаем, Россией, Европейским союзом, США, а также более широким исламским и тюркским миром позволило стране привлекать капитал и сохранять пространство для манёвра в условиях геополитического разделения.
При этом сохраняются значительные вызовы. Инфляция продолжает влиять на доходы домохозяйств. Различия между крупными городами и сельскими районами остаются заметными. Инфраструктура должна успевать за демографическим ростом, тогда как участие государства в экономике по-прежнему значительно. Новые промышленные предприятия должны становиться действительно конкурентоспособными, а не просто выполнять производственные показатели.
Признание этих ограничений не уменьшает масштаб изменений последних семи лет. Напротив, оно делает их более убедительными. Обычная семья, начинающая свой день в новой квартире, отправляющая ребёнка в новую школу и зарабатывающая на жизнь в экономике, которая становится всё более разнообразной, может никогда не воспринимать себя как свидетельство национальной трансформации. Однако в конечном счёте развитие измеряется именно такими повседневными изменениями.
Казахстан ещё не завершил свой переход. Но при президенте Токаеве страна перешла от сохранения прежних достижений к формированию экономических и социальных основ следующего этапа своего развития.
